Сказка про утку с золотыми яйцами

Вариант 1

Было-жило два брата: один богатый, другой бедный; у бедного – жена да дети, а богатый – один как перст. Пошел бедный к богатому и стал просить: “Накорми, братец, сегодня при бедности моих детей; нам и пообедать нечего!” – “Сегодня мне не до тебя, – говорит богатый, – сегодня у меня все князья да бояре, так бедному не приходится тут быть!” Облился бедный брат слезами и пошел рыбу ловить: “Авось бог даст – поймаю! Хоть ухи дети похлебают”. Только затянул тоню, и попал ему кувшин. “Вытащи меня да разбей на берегу, – отозвалось из кувшина, – так я тебе счастье укажу”. Вытащил он кувшин, разбил на берегу, и вышел оттуда неведомый молодец и сказал: “Есть зеленый луг, на том лугу береза, у той березы под кореньями утка; обруби у березы коренья и возьми утку домой; она станет нести тебе яички – один день золотое, другой день серебряное”. Бедный брат пошел к березе, достал утку и принес домой; стала утка нести яички – один день золотое, другой день серебряное; стал он продавать их купцам да боярам и куда как разбогател скоро! “Дети, – говорит он, – молитесь богу; господь нашел нас”.

Богатый брат позавидовал, озлобился: “Отчего так разбогател мой брат? Теперь я нужнее, а он богаче стал! Верно, какой-нибудь грех за ним водится!” – и пошел в суд с жалобой. Дошло это дело до самого царя. Зовут того брата, что был беден да разбогател скоро, к царю. Куды девать утку? Дети малы, пришло жене под присмотр отдать; начала она на базар ходить да яйца по дорогой цене продавать, а была собой красавица и слюбилась с барином. “Отчего, скажи, вы разбогатели?” – расспрашивает ее барин. “Да нам ведь бог дал!” А он приступает: “Нет, скажи правду; коли не скажешь, не стану тебя любить, не стану к тебе ходить”. И таки не пришел к ней день-другой; она позвала его к себе и рассказала: “У нас есть утка – день несет золотое яичко, день серебряное”. – “Принеси-ка эту утку да покажь, какова птица?” Оглядел утку и видит – на брюшке у ней золотыми буквами написано: кто съест ее голову, тот царем будет, а кто – сердце, тот станет золотом плевать.

Позарился барин на такое великое счастье, пристал к бабе: “Зарежь да и зарежь утку!” Отговаривалась она, отговаривалась, а покончила тем, что зарезала утку и поставила в печь жарить. День был праздничный; ушла она к обедне, а тем временем прибежали в избу два ее сына. Вздумалось им перекусить чего-нибудь, заглянули в печь и вытащили утку; старший съел голову, а меньшой сердце. Воротилась мать из церкви, пришел барин, сели за стол; смотрит он – нет ни сердца утиного, ни головы. “Кто съел?” – спрашивает барин и таки дознался, что съели эти два мальчика. Вот он и пристает к матери: “Зарежь-де своих сыновей, из одного вынь мозги, из другого сердце; а коли не зарежешь – и дружба врозь!” Сказал и ушел от нее; вот она целую неделю томилась, а после не выдержала, посылает к барину: “Приходи! Так и быть, для тебя и детей не пожалею!” Сидит она и точит нож; старший сын увидал, заплакал горькими слезами и просится: “Отпусти нас, матушка, в сад погулять”. – “Ну ступайте, да далеко не уходите”. А мальчики не то что гулять, ударились в беги.

Бежали-бежали, уморились и оголодали. В чистом поле пастух коров пасет. “Пастушок, пастушок! Дай нам хлебца”. – “Вот вам кусочек, – говорит пастух, – только всего и осталось! Кушайте на здоровье”. Старший брат отдает меньшому: “Скушай ты, братец, ты малосильнее, а я подюжее – могу и так стерпеть”. – “Нет, братец, ты все меня за ручку тащил, хуже моего утомился: съедим пополам!” Взяли, пополам разделили, съели и оба сыты стали.

Вот пошли они дальше; идут все вперед да вперед дорогою широкою – и разбилась та дорога надвое; на распутии столб стоит, на столбе написано: кто в правую руку пойдет – царем сделается, кто в левую руку пойдет – богат будет. Малый брат и говорит большому: “Братец! Ступай ты в правую руку, ты больше меня знаешь, больше меня снести можешь”. Больший брат пошел направо, меньшой – налево.

Вот первый-то шел-шел и пришел в иное царство; попросился к старушке ночь ночевать, переночевал, встал поутру, умылся, оделся, богу помолился. А в том государстве помер тогда царь, и собираются все люди в церковь со свечами: у кого прежде свеча сама собой загорится, тот царь будет. “Поди и ты, дитятко, в церковь! – говорит ему старушка. – Может, у тебя свеча прежде всех загорится”. Дала ему свечку; он и пошел в церковь; только что входит туда – у него свеча и загорелась; другим князьям да боярам завидно стало, начали огонь тушить, самого мальчика вон гнать. А царевна сидит высоко на троне и говорит: “Не троньте его! Худ ли, хорош ли – видно, судьба моя!” Подхватили этого мальчика под руки, привели к ней; она сделала ему во лбу печать своим золотым перстнем, приняла его во дворец к себе, вырастила, объявила царем и вышла за него замуж.

Ни много, ни мало пожили они вместе, и говорит новый царь своей жене: “Позволь мне поехать – разыскивать моего малого брата!” – “Поезжай с богом!” Долго ездил он по разным землям и нашел малого брата; в великом богатстве живет, целые кучи золота в амбарах насыпаны; что ни плюнет он – то все золотом! Девать некуда! “Братец! – говорит меньшой старшему. – Поедем к отцу нашему да посмотрим: каково его житье-бытье?” – “Хоть сейчас в дорогу!” Вот приезжают они к отцу, к матери, попросились к ним в избу роздых сделать, а не сказывают, кто они таковы! Сели за стол; старший брат и начал говорить про утку с золотыми яичками да про мать-лиходейку. А мать то и дело перебивает да речь заминает. Отец догадался: “Не вы ли – мои детки?” – “Мы, батюшка!” Пошло обниманье, целованье; что разговоров тут было! Старший брат взял отца в свое царство жить, меньшой поехал невесту искать, а мать одное покинули.

Вариант 2

Был-жил старик со старухою: старика того звали Абросимом, а старуху Фетиньею, и жили они в великой скудости и бедности и имели одного сына по имени Иванушка, который и был уже по пятнадцатому году. В один день старик Абросим промыслил краюшку хлеба и принес домой, чтоб накормить свою жену и сына,... и лишь только принялся резать – вдруг из-за печки выбежал Кручина, выхватил из рук его краюшку и ушел опять за печь. Тогда старик начал Кручине кланяться и просить, чтоб он отдал краюшку назад, потому что ему с семьею своею есть нечего. Кручина старику на то сказал: “Я тебе краюшки твоей не отдам, а за нее подарю тебе уточку, которая всякий день будет несть по золотому яичку”. – “Хорошо, – сказал Абросим, – я сегодня как-нибудь без ужина пробуду; только ты меня не обмани и скажи, где та уточка?” – “Завтра поутру, как ты встанешь, – отвечал ему Кручина, – поди в свой огород и там в пруду увидишь утку, которую поймай и возьми к себе в дом”. Абросим выслушал его слова и лег спать, а поутру встал рано, и пошел в огород, и, увидев в пруду утку, несказанно обрадовался; стал ловить утку и скоро поймал, принес домой и отдал ее Фетинье. Старуха пощупала утку и сказала мужу, что утка с яичком.

Тогда они оба обрадовались, и посадили утку в корчагу, и покрыли решетом, а через час после того посмотрели и увидели, что утка снесла золотое яичко. Тогда утку пустили погулять по полю, а яичко старик взял, и понес продавать в город, и продал то яичко за сто рублей, и, взявши деньги, пошел на рынок, и накупил всякого харчу, и принес домой. На другой же день та уточка снесла опять такое же яичко; Абросим и то продал. И таким образом та уточка несла всякий день по золотому яичку, и старик в малое время весьма обогатился, и сделался богат, и состроил себе в городе большой дом и множество великое лавок, и накупил разных товаров, и начал торговать. Жена же его, Фетинья, понялась с некиим молодым своим приказчиком и стала его любить; а тот приказчик ее не любил и только выманивал у нее деньги.

В одно время, когда Абросим ушел закупать новые товары, приказчик пришел к Фетинье и, говоря с нею, увидел уточку, которая несла золотые яички, поймал ее, и любовался, и приметил, что под крылышками у ней подписано золотыми буквами: “Ежели кто ту уточку съест, тот царь будет”. Тогда приказчик, не сказав о том Фетинье, стал ее упрашивать, чтоб она, любя его, зажарила ту утку. Однако Фетинья ему отвечала, что она не может и не смеет ее зарезать, потому что от нее их счастие зависит. Приказчик же начал усильно просить Фетинью, чтоб она ту уточку из любви к нему зарезала и зажарила. Фетинья же, долго думая и боясь своего мужа, не смела того сделать; но после ослепилась и уточку зарезала и поставила в печь. Приказчик отлучился, обещаясь вскоре назад прийти; а Фетинья пошла в город. И на ту пору пришел домой Иванушка, сын ее, и захотелось ему есть. Он начал искать чего-нибудь пообедать и нашел в печи жареную уточку; вынувши ту утку из печки, съел ее всю дочиста и ушел со двора опять в лавку. Потом пришел и приказчик и кликнул Фетинью. Когда же она пришла, тогда приказчик велел ей подать жареную утку. Фетинья тотчас бросилась в печь и, увидев, что утки нет, испужалась и сказала приказчику, что утка из печи пропала. Тогда приказчик на нее рассердился и сказал ей: “Ты, конечно, сама утку скушала!” Разбранился и ушел из дому.

К вечеру пришел домой Абросим и Иванушка, сын его. Приметив, что утки нет, Абросим спрашивает об ней Фетинью: куда она девалась? Фетинья же ему отвечала, что ничего о том не знает. А Иванушка сказал своему отцу: “Кормилец батюшка! Я давеча пришел домой пообедать, и как матушки не случилось дома, то я заглянул в печь, и увидел жареную утку и, вынувши ее из печи, съел всю дочиста; только не знаю, наша ли это утка или чья иная?” Тогда Абросим вздурился на свою жену и прибил ее до полусмерти, а сына своего Иванушку согнал со двора долой.

Малый Иванушка пошел путем-дорогою и шел, куда и сам не знает, а туда, куда глаза глядят; шел десять дней и десять ночей и пришел к некоему государству. И когда пошел во градские ворота, увидел великое множество народу; и тот народ думал думушку крепкую, и такую думу, что царь их умер, а они не знали, кого царем выбрать, и уговорились между собою так: который человек прежде придет к ним в градские ворота, то того и царем сделать над собою. И как на ту пору Иванушка пришел во градские ворота, тогда весь народ закричал: “Вот идет наш царь!” – и старейшины подхватили Иванушку под руки, и повели в царские чертоги, и облекли его в царские ризы, и посадили на царский престол, и начали все ему кланяться яко истинному царю своему и спрашивали от него разных приказов. Тогда Иванушка подумал, что он царем себя во сне видит, а не наяву; однако опомнился, и, увидев себя настоящим царем, возрадовался всем сердцем, и начал повелевать народом, и учредил многих чиновных людей.

По малом же времени выбрал одного из них, именем Лугу, призвал его к себе и говорил ему сицевые слова: “Верный мой и добрый кавалер Луга! Сослужи ты мне службу; поезжай в мое отечество прямо к самому царю, бей ему от меня челом, проси, чтоб он отдал тебе виновного купца Абросима и с женою его Фетиньею, и когда он тебе их отдаст, то привези ты их обоих ко мне; а ежели не отдаст, то скажи самому царю от меня, что его государство огнем сожгу и самого царя в полон возьму”. Когда слуга Луга отправился в отечество Иванушки, и приехал к самому царю, и стал у него просить виноватых Абросима и Фетинью, – царь, ведая, что Абросим богатый купец в его государстве, не хотел было выдавать; однако рассудил, что государство Иванушкино весьма сильно воинством; и, убояся того, отпустил Абросима и Фетинью. Луга же, приняв их, отправился в свое государство и когда привез их к Иванушке-царю, тогда Иванушка сказал своему отцу Абросиму: “Государь мой батюшка!

Ты меня выгнал из дому своего; я за то принимаю тебя к себе. Живите оба с матушкою у меня до конца жизни”. Абросим и Фетинья возрадовались, что их сын царем стал, и с того дня жили у сына много лет, а после померли. Иванушка сидел на престоле тридцать лет в добром здоровье и благополучии, все подданные любили его нелицемерно до последнего часа его жизни.


Зараз ви читаєте: Сказка про утку с золотыми яйцами