Охотник Хурэгэлдын и лисичка Солакичан

Жил-был охотник по имени Хурэгэлдын. Никто так не любил зверей, как он. И звери его так любили, как никого из людей. Может быть, поэтому и имя ему дали такое – Хурэгэлдын – Таежный человек.
Встанет Хурэгэлдын рано утром, зайдет в душистую тайгу и начнет высвистывать разные трели. На эти звуки прилетают птицы – ласточки, вороны, лебеди, но еще больше собирается зверя таежного. Тут и быстрая белка, и проворный хорек, и хитрый соболь и длинноухий заяц. За ними прибегают лисы, росомахи, рыси, волки. Тяжело ступая, приходит медведь, одним прыжком

появляется сам царь тайги – тигр. Хурэгэлдын кормит их, ласкает, разговаривает на их языке. И никто из таежных зверей никогда не затеет при нем драки, не заворчит на соседа. Так он и жил в мире и согласии со всеми обитателями леса.
Однажды Хурэгэлдын увидел, что кончаются его припасы. “Пора бы и поохотиться, – подумал он. – А то и самому есть нечего, да и зверей угостить нечем”. Пошел он в тайгу, свистнул своим таежным друзьям. Прибежали они к нему, ждут, что он скажет. Хурэгэлдын запряг их в нарту*, впереди поставил серого волка. Загрузил нарту продуктами на четыре месяца охоты, затянул припасы ремнями и двинулся в путь.
Звери дружно подхватили нарту и понеслись вперед. Бегут – только свист стоит. Ехали они так, ехали – ночь настала. Остановились они у одинокого шалаша, решили переночевать. Вдруг к ним лисичка Солакичан вышла и говорит:
– Братец! Дай-ка я тебе помогу!
– Чем же ты можешь мне помочь? – спрашивает Хурэгэлдын.
– Дай мне топор. Я пойду нарублю дров, – говорит лисичка.
– Ну что же, – согласился Хурэгэлдын, – нам как раз дрова-то и нужны. Сходи, да побыстрее!
Взяла лисица топор и побежала в тайгу. Долго там была. Хурэгэлдын хотел уже идти за ней. Вдруг слышит чей-то голос, да такой жалобный:
– Братец, братец! Иди скорее, помоги мне!
Побежал Хурэгэлдын в чащу, стал лису искать, спрашивает:
– Что случилось? Где ты?
– Здесь я, – всхлипывает лисичка. – Ой, бедная я, бедная! Дрова рубила да топором себе ногу отрубила. Ой, как больно!
Подбежал охотник, не знает, что и делать. Зверя много бил, крови много видел, а вот кровь своего помощника впервые увидел. Смотрит он на ногу лисички, а там не то кровь, не то шерсть красная. Хотел охотник спросить, где же кровь и где отрубленная нога, да лисичка слова сказать ему не дает, стонет, охает:
– Хурэгэлдын, возьми меня на руки! Положи меня скорее на нарту, мне так легче будет. А крови не видно, потому что она вся замерзла. Я и кусок отрубленный приморозила. Так будет лучше.

Хурэгэлдын положил ее на нарту, думает: “Что же делать? Надо скорее везти ее к шаману [колдун-знахарь у народов, верящих в духов], а то еще умрет в пути. Тогда на охоте удачи не будет”.
Запряг Хурэгэлдын своих зверей, устроил на нарте постель из шкур выдры, чтобы лисе тепло и мягко было, укрыл ее рысьим одеялом, и тронулись они в путь.
Ехали они ночь и весь день. Дорога Хурэгэлдыну неизвестная, никогда он здесь раньше не был.
– Где же это мы едем? Не заблудиться бы! – думает он вслух.
А лисица говорит:
– Братец, братец! Я знаю эти места! Мне здесь все речки, все перелески, все горки знакомы! Ты меня спрашивай!
Рванулся волк вперед, понеслись звери, даже кустов по сторонам не видно. Торопятся скорее лису к шаману привезти. Подъехали они к речке. Хурэгэлдын спрашивает:
– Солакичан, как называется эта речка?
– Это речка Завязочка! – отвечает лиса, а сама приоткрыла берестяную котомку с продуктами.
Снова упряжка понеслась вперед. Ехали они, ехали, и снова перед ними показалась речка. Хурэгэлдын спрашивает:
– Солакичан, что это за речка? Далеко ли еще ехать?
– Это речка Верхушечка! – отвечает лиса, а сама вытащила из котомки мясо и начала есть.
Быстрее прежнего понеслась нарта. Спустя некоторое время снова впереди показалась речка. Хурэгэлдын кричит лисе:
– Как называется эта речка?
– Серединкой она зовется! – кричит лиса, а сама уже с половиной запасов управилась.
И снова они ехали. И увидели ключ, который пробивался из-под снега. Охотник спрашивает:
– Как этот ключик называется?
– Ему еще нет названия, – отвечает лиса, а сама ест да ест, даже название придумать некогда.
Несется упряжка быстро, как ветер. Уже светать начало. И вот опять на пути речка. Только это не речка, а большая река. Хурэгэлдын спрашивает лису:
– Солакичан, эта река имеет название или нет?
– Да, – отвечает хитрая лиса. – Это река Остаточек!
К этому времени котомка с припасами была уже пуста. Лисичка проглотила последний кусочек, облизнулась, зевнула и думает: “Неплохо было бы и отдохнуть”.
Звери всю ночь тянули нарту, устали. Видит Хурэгэлдын: бежит волк впереди, спотыкается – устал. А тут опять речка показалась, и конца пути не видно. Спрашивает Хурэгэлдын:
– Солакичан, а как эту реку у вас называют?
– Да это река Вверх донышком! – А сама тем временем перевернула котомку и села на нее.
– Далеко ли отсюда до шамана? – спрашивает охотник. – Звери совсем утомились.
– Недалеко, – отвечает лиса. – Не больше двух дней хорошего пути. Давайте здесь, на этой речке, переночуем! Братец, ты ведь, наверное, устал, спать хочешь да и проголодался. Мы столько времени едем, ни разу не отдохнули!
Хурэгэлдын думает: “Действительно, все очень устали, проголодались. Пора отдохнуть да подкрепиться”.
– А как твоя нога, лисичка? – спрашивает Хурэгэлдын. – Ведь тебе больно, надо спешить к шаману.
А лиса отвечает:
– Да ничего, братец! Я потерплю. Мне стало лучше. Давайте поставим юрту [жилище кочевых народов], передохнем в ней, а потом снова в путь отправимся.
Быстро раскинули юрту, верх ее покрыли берестяным полотнищем, низ – шкурой лося. Вошли в юрту, и каждый подумал: “Юрта большая, всем места хватит. Теперь-то наконец отдохнем!”
Удивился охотник: лисица с нарты первая спрыгнула и в юрту нырнула, как будто нога и не болела.
– Хурэгэлдын, иди в юрту! – кричит лиса. – Стели постель! Я за дровами сбегаю!
– Как? Ведь у тебя нога перерублена! Ходить, наверное, трудно, а ты в тайгу собралась! Вдруг вторую ногу поранишь. Что тогда делать станем?
А лисица весело ему отвечает:
– Да пустяки! Стоит ли вспоминать об этом! Я уже хорошо себя чувствую. Всю дорогу отдыхала, вот нога у меня и зажила. Посмотри на себя, на своих друзей. Вожак уже лежит, встать не может.
Подумал Хурэгэлдын да и говорит:
– Ну что же, пожалуй, ты права. Мне и здесь работы хватит. Бери топор, только поскорее возвращайся! Да поосторожней будь!
Хурэгэлдын тут же принялся за работу. Развязал ремни на нарте, снял котел, посуду. “Вот, – думает, – придет сейчас лиса с дровами, разведем большой костер, нажарим мяса, наварим густой каши, напечем рыбы на вертеле. Отдохнем, а завтра в путь”.

Сделал все, а лисы еще нет. Крикнул Хурэгэлдын громко:
– Э-эй! Э-эй! Солакичан, Солакичан! Где ты? Отзовись!
Но сколько ни слушал, ни одного звука в ответ. “Может, бедняжка, раненая лежит? Может, умирает?” – подумал и опять закричал:
– Э-эй! Э-эй! Солакичан! Солакичан! Только тишина была ему ответом. Снова сгустились сумерки. Пошел Хурэгэлдын в тайгу. Идет, кричит:
– Солакичан! Солакичан! Где ты?
Все глубже и глубже уходит он в тайгу. И тут заметил следы лисы. Шла она так, как будто от кого-то убегала. Около большого дерева заметил Хурэгэлдын топор. И понял он, что лиса его обманула. С досады сказал громко:
– Эх, разве с друзьями так поступают?! Не стал он больше лису искать, понурив голову, пошел обратно к лагерю. Пришел, а там ждут его голодные товарищи – друзья таежные. Обрадовался Хурэгэлдын.
– Разгружайте скорее берестяную суму с продуктами! Дров принесите, варить будем! – кричит.
Побежали звери к нарте, смотрят: а сума наверху лежит пустая. Догадались тут все, что лиса-обманщица все съела.
– Посмотрите лучше, может быть, на нарте что-нибудь из продуктов осталось! – кричит Хурэгэлдын.
Но сколько ни искали, ничего не нашли, даже крошки не осталось. Говорит Хурэгэлдын:
– Если бы я знал, что ты, лиса, такая обманщица, убил бы тебя, а из твоей шкуры сделал бы подстилку.
Тут только он вспомнил странные названия речек: Завязочка, Верхушечка, Серединка, Остаточек, Вверх донышком…
– О-о-о! Злодейка рыжая оставила нас без еды! Завезла нас в такие дебри, откуда не знаешь как и выбраться! Как я мог ей поверить!
Но ничего не поделаешь. Наступила ночь. Зашли они все в юрту и легли спать. Лежит Хурэгэлдын, думает: “Что дальше делать? Возвращаться домой, в стойбище? Или идти по следам лисы, наказать ее за обман?” Лежал, лежал, да и заснул.

Утром Хурэгэлдын проснулся, вышел из юрты, видит: вышла из тайги девушка, к нему идет, спрашивает:
– Куда идешь? Откуда пришел? Видно, у тебя дело какое-то есть.
Хурэгэлдын рассказал, как лиса их обманула.
– А далеко ли до дому идти? – спрашивает девушка.
– Очень далеко, – отвечает Хурэгэлдын. – Так далеко, что отсюда дороги ни один зверь таежный не знает!
– Как же ты дальше пойдешь? Продуктов у тебя нет, дороги ты не знаешь. А до моего дома всего один день пути. Пойдем ко мне!
Делать нечего. Согласился охотник. Запряг он в нарту своих таежных зверей и поехали в гости. За полдня доехали до дома девушки. Накормила она всех, дала им отдохнуть, а утром говорит:
– Хурэгэлдын, в наших местах много разного зверя – и мясного, и пушного. Сходи сегодня на охоту, а завтра сам решишь, дальше ли тебе ехать или здесь остаться.
Согласился Хурэгэлдын. Пошел он в тайгу. Только вошел, как убил лося. Потом только успевал стрелы вытаскивать да из лука стрелять. Нагрузил он столько добычи, сколько унести мог, и вернулся в дом девушки.
– Ну как, Хурэгэлдын, у меня решил остаться или домой ехать?
Взглянул Хурэгэлдын еще раз на девушку, и так она ему понравилась, что решил он жениться на ней.
После свадьбы остался он со своими друзьями таежными в этих местах. С тех пор Хурэгэлдын ходит на охоту, а жена его занимается хозяйством – обеды готовит, халаты и обувь шьет, шкуры зверей выделывает, красивые орнаменты вышивает, за зверями ухаживает.
Однажды жена спрашивает:
– Хурэгэлдын, где ты этих зверей нашел? Как с ними подружился?
Хурэгэлдын отвечает:
– Они сами ко мне пришли и стали самыми верными Друзьями. А когда есть верные друзья, надежные помощники, то и жизнь становится счастливой. Полюби моих друзей и ты, жена.
Так с тех пор и живут они счастливо.



Охотник Хурэгэлдын и лисичка Солакичан