Неумойка

Отслужил солдат три войны, не выслужил и выеденного яйца, и отпустили его в чистую. Вот он вышел на дорогу, шел-шел, пристал и сел у озера; сидит да думу думает: “Куда теперь мне деваться, чем прокормиться?.. К черту, что ли, в работники наняться!” Только вымолвил эти речи, а чертенок тут как тут – стоит перед ним, кланяется: “Здорово, служба!” – “Тебе что надо?” – “Да не сам ли ты захотел к нам в работники наняться? Что ж, служивый, наймись! Жалованье большое дадим”. – “А какова работа?” – “Работа легкая: только пятнадцать лет не бриться, не стричься, соплей не сморкать, нос не утирать и одежи не переменять!” – “Ладно, – говорит солдат, – я возьмусь за эту работу, но с тем уговором, чтобы все мне было готово, чего душа пожелает!” – “Уж это как водится! Будь спокоен, за нами помешки не будет”. – “Ну так по рукам! Сейчас же перенеси меня в большой столичный город да кучу денег притащи; ты ведь сам знаешь, что этого добра у солдата без малого ничего!”

Чертенок бросился в озеро, притащил кучу денег и мигом перенес солдата в большой город; перенес – и был таков! “Вот на дурака напал! – говорит солдат. – Еще не служил, не работал, а деньги взял”. Нанял себе квартиру, не стрижется, не бреется, носа не утирает, одежи не переменяет, живет – богатеет; до того разбогател, что некуда стало денег девать. Что делать с серебром да с золотом? “Дай-ка, – вздумал он, – начну помогать бедным; пусть за мою душу молятся”. Начал солдат раздавать деньги бедным, и направо дает, и налево дает – а денег у него не только не убывает, а еще прибавляется. Пошла об нем слава по всему царству, по всем людям.

Вот так-то жил солдат лет четырнадцать; на пятнадцатом году не хватило у царя казны; велел он позвать к себе этого солдата. Приходит к нему солдат небритый, немытый, нечесаный, сопли не вытерты, одежа не переменена. “Здравия желаю, ваше величество!” – “Послушай, служивый! Ты, говорят, всем людям добро делаешь; дай мне хоть взаймы денег. У меня на жалованье войскам не хватает. Если дашь, сейчас тебя генералом пожалую”. – “Нет, ваше величество, я генералом быть не желаю; а коли хочешь жаловать, отдай за меня одну из своих дочерей, и бери тогда казны, сколько надобно”. Тут король призадумался; и дочерей жалко, и без денег обойтись нельзя. “Ну, – говорит, – хорошо; прикажи списать с себя портрет, я его дочерям покажу – которая за тебя пойдет?” Солдат повернулся, велел списать с себя портрет – точь-в-точь как он есть, и послал его к царю.

У того царя было три дочери, призвал их отец, показывает солдатский портрет старшей: “Пойдешь ли за него замуж? Он меня из великой нужды выведет”. Царевна видит, что нарисовано страшилище, волоса всклокочены, ногти не выстрижены, сопли не вытерты! “Не хочу! – говорит.

– Я лучше за черта пойду!” А черт откуда взялся – стоит позади с пером да с бумагой, услыхал это и записал ее душу. Спрашивает отец середнюю дочь: “Пойдешь за солдата замуж?” – “Как же! Я лучше в девках просижу, лучше с чертом повяжуся, чем за него идти!” Черт записал и другую душу. Спрашивает отец у меньшой дочери; она ему отвечает: “Видно, судьба моя такова! Иду за него замуж, а там что бог даст!”

Царь обрадовался, послал сказать солдату, чтоб к венцу готовился, и отправил к нему двенадцать подвод за золотом. Солдат потребовал к себе чертенка: “Вот двенадцать подвод – чтобы сейчас все были золотом насыпаны!” Чертенок побежал в озеро, и пошла у нечистых работа: кто мешок тащит, кто два; живой рукой насыпали воза и отправили к царю во дворец. Царь поправился и начал звать к себе солдата почитай каждый день, сажал с собою за единый стол, вместе с ним и пил и ел. Вот, пока готовились они к свадьбе, прошло как раз пятнадцать лет: кончился срок солдатской службы. Зовет он чертенка и говорит: “Ну, служба моя покончилась: сделай теперь меня молодцом”. Чертенок изрубил его на мелкие части, бросил в котел и давай варить; сварил, вынул и собрал все воедино как следует: косточка в косточку, суставчик в суставчик, жилка в жилку; потом взбрызнул мертвой и живой водою – и солдат встал таким молодцом, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Обвенчался он с младшею царевною, и стали они жить-поживать, добра наживать; я на свадьбе был, мед-пиво пил, было у них вино – выпивал его по самое дно!

Прибежал чертенок в озеро; потребовал его дедушка к отчету: “Что, как солдат?” – “Отслужил свой срок верно и честно, ни разу не брился, не стригся, соплей не утирал, одежи не переменял”. Рассердился на него дедушка: “В пятнадцать лет, – говорит, – не мог соблазнить ты солдата! Что даром денег потрачено, какой же ты черт после этого?” – и приказал бросить его в смолу кипучую. “Постой, дедушка! – отвечает внучек. – За солдатскую душу у меня две записаны”. – “Как так?” – “Да вот как: задумал солдат на царевне жениться, так старшая да средняя сказали отцу, что лучше за черта пойдут замуж, чем за солдата! Стало быть, они – наши!” Дедушка оправил чертенка и велел его отпустить: знает-де свое дело!



Зараз ви читаєте: Неумойка