Лайма-заступница

Отвел как-то барин одному человеку надел земли в лесу. Человек, не мешкая, построил избушку, выкорчевал пни и засеял поле. Да только земли было маловато, всего какой-то клочок, прокормиться трудно, вот и приходилось человеку ради приработка ходить к барину пни корчевать. А пни корчевать – дело неспорое, много не заработаешь.

– Ох, тяжело! – вздыхает как-то мужик.

Только сказал он это, как откуда ни возьмись подходит пригожая женщина и говорит:

– Ничего, ничего, с этого дня не так тяжело будет. А та женщина была Лайма!

Так и вышло. На другой день работа совсем по-другому спорится, пни, точно морковь, сами из земли выскакивают.

На третий день опять приходит к мужику Лайма и спрашивает:

– Ну как, теперь полегче?

– Спасибо, спасибо! Теперь как по маслу идет.

– Вот как – это мне приятно слышать! – говорит Лайма и зашла в избушку отдохнуть.

Да как на грех в ту самую минуту управитель вылазит из чащи и спрашивает:

– Эй, корчевщик, что это за баба зашла к тебе в хибару?

– А бог ее знает! Как приходит, так и уходит, не сказавшись.

– Вот оно как! Барин прислал меня посмотреть, чем ты тут занимаешься, а ты мне сказки плетешь, правды не сказываешь!

– Какие там сказки, коли я и впрямь не знаю, кто она такая. Одно только знаю, что слово у нее верное. Как посулила мне легкую жизнь, так все легче пошло и работа заспорилась: пни сами из земли, как грибы, вылезают.

Услышал такое управитель и помчался к барину. Примчался и наговорил ему с три короба обо всем, что видел и слышал. Барин сперва было не поверил, да только управитель стал божиться:

– Вот, ей-право, эта баба не простая, ее слова чудесную силу имеют. Поглядел бы ты, барин, как он с пнями справляется, будто гнилые опята дергает. Надобно нам эту бабу в имение залучить. Да вот беда – по-хорошему-то она с этим корчевщиком не расстанется. Э, стой, стой! Вот что я надумал. Выпроводим-ка его с этого света, пошлем на луну с какой-нибудь вестью, да чтобы в три дня с луны вернулся. Ясное дело – как туда угодит, назад не вернется.

Понравилось это барину. Тут же наказал он корчевщику отправиться па луну и принести оттуда такую-то и такую-то весть. Горько заплакал корчевщик. Да тут приходит Лайма.

– Чего плачешь?

Так и так, – рассказал ей все мужик.

– Не горюй, заброшу я этот клубок на луну, он и размотается. Ступай по нитке, вот и слетаешь живо туда и обратно.

Ладно. Побывал корчевщик на луне и через три дня с весточкой возвращается обратно. Барин диву дается, а управитель плечами пожимает. Да на другой день управитель новое придумал.

– Пошлем его с вестью на солнце – это куда дальше!

Ладно. Послали на солнце. А Лайма другой клубок закинула, человек за три дня, словно мотылек, слетал туда и обратно. Барин диву дается, а управитель плечами пожимает. Да на следующий день управитель опять новое надумал.

– Пошлем-ка его в пекло, вот уж откуда он не выберется!

Ладно. А Лайма снова распустила клубок. Покатился он. Катился, катился, пока не остановился на самом дне пекла. Шел за ним мужик, шел, пока до ворот пекла не дошел. Оглянулся и видит за собой своего управителя. Тот за ним следом отправился, чтобы проследить, верно ли он до пекла доберется. Нитки от клубка управитель не видал; только корчевщику ее было видно.

Распахнул корчевщик ворота в пекло и смело вошел туда. Не успел и шагу ступить, как столкнулся с покойным отцом своего барина. Черт его послал тяжелые бочки через изгородь перекатывать. А корчевщику какое дело до этих бочек?! Он себе дальше идет, а баринов отец пошел своей дорогой.

Вот корчевщик справил свои дела и пошел назад из пекла. А черт проводил его до ворот, увидел, как баринов отец, кряхтя да охая, бочки катает, и недовольно скривился. Увидал это управитель и решил: дай-ка я малость помогу своему старому благодетелю.

Соскочил он с коня и навалился на бочку. Уперся, а бочка ни с места.

Увидал это черт, схватил дубину. “Два таких здоровых жеребца не могут пустяковую бочку откатить!” Приговаривает да нахлестывает изо всей мочи – раз по управителю, другой – по покойному барину. Глядел, глядел на это корчевщик, видит, с управителя уже всю шкуру спустили. Надоело глядеть, плюнул он и отправился восвояси.

На третий день управитель еле живой вернулся. Показал он барину, как ему черт бока отделал, и рассказал, как все было. Выслушал барин, разгневался на корчевщика – погоди у меня!

И надумал:

– А ну, вырыть длинную темную пещеру с выходами с обоих концов, поставить посредине чан с кипятком. А корчевщика прогнать через пещеру – наверняка упадет в чан и сварится!

Только Лайма предупредила корчевщика, наказала, чтобы шел смело и тогда с ним ничего не приключится.

Вот пошел он. Те слушают: что-то там в пещере плюхнуло! Барин с управителем так и покатились со смеху. Проходит еще минута. Только что это? Выходит из пещеры корчевщик, жив-здоров, да еще с головы до ног в золото обряжен.

– Где ты золотым платьем разжился? – спрашивают его.

– Как где? Шел, шел, да и свалился в чан, а как из него выбрался – глядь, весь в золоте.

Услыхали это барин с управителем, кинулись в пещеру, чтобы в котел угодить.

Угодить-то угодили, да только назад не выбрались: сварились заживо.



Зараз ви читаєте: Лайма-заступница