Чурбан и береста

У одного скупого хозяина вечно бывали в доме ссоры и раздоры, потому что ни один батрак, ни одна служанка не могли у него ужиться. Хотя хозяин и не требовал с них работы больше, чем другие, но кормил слуг так скудно, что им никогда не удавалось наесться досыта. Пять-шесть месяцев такой собачьей жизни еще можно было вытерпеть, а потом голод снова гнал людей куда глаза глядят. И когда в конце концов по всей округе узнали, почему слуги бросают скупого хозяина, никто больше не стал наниматься к нему в работники.
В ту пору далеко в Алутага жил знаменитый

мудрец, и хозяин решил сходить к нему за советом. Принес он ему в подарок мешок денег и другое добро и спросил – нельзя ли где сыскать таких батрака и батрачку, которые бы хорошо работали, а хозяина своего не объедали.
– Сыскать, конечно, можно, – ответил мудрец. – Только мне это не под силу. Придется тебе пойти к старому хозяину – он один может тебе помочь.
Затем мудрец стал поучать скрягу: пусть три четверга подряд, незадолго до полуночи, выходит на перекресток, взяв с собой черного зайца в мешке, и там свистит, вызывая старого хозяина.
– А уж сторговаться с ним ты и сам сумеешь, добавил мудрец. – Больше я тебе ничем помочь не могу. Только смотри, не давай себя обмануть.
Скряга спросил, где же ему достать черного зайца, и тогда мудрец посоветовал взять черную кошку.
Когда наступил первый четверг, хозяин, сунув в мешок кошку, отправился на перекресток, хотя и страшновато ему было. Он свистнул и стал ждать, но никто не появлялся. Тогда хозяин свистнул еще раз, подумав при этом: “Если он и теперь не явится, значит, я зря приходил”.
Тут в воздухе послышался шум, словно кто-то раздувал кузнечные мехи. Потом над головой у хозяина пронеслось что-то черное, и чей-то голос спросил:
– Чего тебе, братец, надо?
– Продаю черного зайца, – ответил хозяин.
– Приходи в четверг на той неделе, мне сегодня недосуг торговаться с тобой, – ответил голос, и черная тень тотчас же исчезла.
Человеку стало досадно, что он потратил время зря, но пришлось смириться: когда имеешь дело с самим стариком, надо запастись терпением.
Через неделю хозяин снова пришел на перекресток. На этот раз не успел он свистнуть, как появился маленький старичок с сумой за плечами и спросил:
– Чего тебе, братец, надо?
– Продаю черного зайца, – снова ответил хозяин.
– Сколько ты за него хочешь?
– Дорого не спрошу, – сказал крестьянин. – Дай мне батрака и батрачку, которые бы хорошо работали и меня не объедали.
– На сколько лет думаешь договариваться? – спросил старик.
– Да по мне, хоть до конца жизни, – ответил хозяин.
Но старичок сказал, что не может заключить сделку сроком больше, чем на семь или на четырнадцать лет, на что крестьянин и согласился.
– Приходи в четверг на той неделе и захвати с собой своего черного зайца, – сказал старик. – А я приведу тебе батрака и батрачку, которые никогда не спросят у тебя ни есть, ни пить. Но в засуху ты должен класть их на ночь в воду, иначе они не смогут больше работать.

В третий четверг вечером хозяин снова пришел на перекресток. Только он свистнул, как старик появился, но один, без батрака и батрачки.
– Ты должен дать мне три капли своей крови из указательного пальца в залог того, что не отступишься от сделки, – потребовал старик.
– А где же батрак и батрачка? – удивился хозяин.
– В мешке, – ответил старик.
Но мешок был так мал, что крестьянин не поверил. Старик, как будто прочитав его мысли, промолвил:
– Не бойся, я тебя не обману.
Он пошарил в мешке, вытащил оттуда узелок величиной с клок кудели и сказал: – Вот твой батрак! – И тотчас же рядом со стариком стал высокий, широкоплечий парень. Потом старик вытащил из мешка второй узелок, из которого вышла девушка.
– Вот твои батраки. Кормить их не надо, – сказал старик. – Теперь дай мне в залог три капли крови и черного зайца и ступай домой.
Хозяин сделал все, что полагалось по уговору, а затем спросил, как зовут его новых работников.
– Батрака зовут Чурбан, а батрачку – Береста, – ответил старик и, засунув мнимого зайца в мешок, пошел своей дорогой. А хозяин с новыми домочадцами отправился домой.
Батрак и батрачка работали на хозяина от зари до зари, но есть никогда не просили, чем скряга был очень доволен. И если иной раз в знойный летний день работники казались усталыми, их клали на ночь в воду, и оба к утру становились такими же свежими и сильными, как и раньше. А скаредный хозяин, которому не надо было кормить батраков и платить им жалованье, богател с каждым годом.
Так прошло семь лет, потом еще без малого семь. Хозяин забеспокоился, что ему скоро придется лишиться своих работников, и стал думать, как бы продлить срок сделки.
Как-то утром, проснувшись, хозяин увидел, что батрак и батрачка еще не принимались за работу. Думая, что они заспались на сеновале, он приставил лестницу к стене и полез наверх. Но на сеновале было пусто, только на постелях батраков лежали гнилой чурбан и кучка бересты. Тут хозяин понял, что означали имена его работников – по-видимому, батрак и батрачка были колдовским способом сделаны из дерева и бересты.
Хозяин только собрался было спуститься вниз, как вдруг чья-то рука схватила его за горло и тут же задушила. Когда жена стала искать мужа, она не нашла на сеновале ничего, кроме трех капель крови. Войдя в амбар, хозяйка увидела, что закрома пусты, а сундук, где хранились деньги, набит пожелтевшими березовыми листьями.
Вмиг пропало все накопленное ими добро. Вскоре умерла от горя и вдова хозяина; ей, правда, так и не довелось узнать, что ее мужа задушил старый черт, которому скряга из алчности продал свою душу.
Так был наказан скупой хозяин, накопивший богатство неправедным путем.



Чурбан и береста