Бата Ошор

В давние прежние времена жил некий хан. Была у него жена и сын по имени Бата Ошор. Жили они счастливо, в радости и согласии. Но однажды заболела жена хана и померла. Остался хан с малолетним сыном на руках. Трудно им пришлось. И подумал хан, не жениться ли ему еще раз. Долго раздумывал и наконец решился. Привел в дом жену с маленьким сыном, ровесником Бата Ошора.

Вскоре после женитьбы стал хан в путь-дорогу собираться. Захотелось ему объехать и осмотреть свои бесчисленные стада, а заодно и на зверей поохотиться.

Снарядился хан в охотничьи одежды

и на ранней зорьке выехал со двора, оставив дома Бата Ошора и новую жену с ее сыном.

Играют дети на улице, а новая ханша глаз с них не спускает. Вот и заметила она, что Бата Ошор во всех играх хана изображает, а ее сын – раба. Очень не понравилось это ханше, затаила она злобу на Бата Ошора и, когда возвратился хан, нашептала ему лживые слова:

– Дорогой муж, когда играют наши дети, то мой сын всегда верховодит, становясь ханом-победителем, а Бата Ошор ходит в побежденных. У него плохая судьба. Не лучше ли его спровадить со двора?

Услышав это, сильно запечалился хан. Жаль ему сына, но с судьбой не поспоришь.

Когда исполнилось Бата Ошору шестнадцать лет, погрузил отец на девять верблюдов пропитания на девяносто дней и строго наказал сыну:

– Отправляйся на далекий запад и добудь во владениях Шаазгай хана его волшебного вороного коня. Без добычи не возвращайся.

Делать нечего, отправился Бата Ошор в путь-дорогу. Ехал он, ехал и остановился на ночевку. Снял груз с верблюдов, еду готовить начал. Варит еду – и вдруг пятеро парней перед ним предстали, словно из-под земли выросли. Бата Ошор снял пробу с варева, а названо явившиеся говорят ему:

– Мы тоже проголодались, накорми нас.

– Давайте свои чашки, – не раздумывая, согласился Бата Ошор.

Вынули явившиеся незвано чашки из-за пазухи, а они из человеческих черепов сделаны.

– Почему вы едите из такой посуды? – спрашивает Бата Ошор.

– А мы черти, – отвечают те.

Досталось каждому по куску мяса, но черти говорят: “Мы сначала мясо на огне поджариваем, чтобы оно измельчилось, а потом едим”, – вывалили мясо на угли, дождались, пока оно обуглилось, и только после этого съели. Когда черти собрались уходить, Бата Ошор спрашивает у них:

– Вы еще вернетесь, чтобы на сон грядущий закусить?

– Нет, мы уже сыты, – сказали черти и ушли.

Остался Бата Ошор один. Расставил он девять верблюдов кругом, а в середине круга постелил такую постель, как будто в ней человек спит, сам же спрятался за одним из верблюдов. Перед рассветом, в самый сонный час, черти вновь пожаловали. Увидели постель и толкуют меж собой: “Вон он спит”, – а потом один другого подталкивает: “Ты иди!”; а другой в ответ: “Нет, ты!”

Самый главный из них, по имени Жабаадай, подкрался к постели и кинулся на нее. Тогда Бата Ошор крикнул из-за верблюда:

– Вы переступили черту круга, и за это я перестреляю вас из лука! Вы же дали слово не возвращаться, а сами убить меня вздумали?! – и тут же пустил стрелу в Жабаадая. Стрела задела черту нос, и взвыл он, обращаясь к остальным:

– Подайте мне мое лекарство!

А Бата Ошор схватил черта за шкирку и спрашивает:

– За что вы хотели убить меня?

– Не спрашивай и не сердись сильно, – отвечает Жабаадай. – Я отныне стану служить тебе верой и правдой.

– А что это за лекарство, которое тебе друзья дали? – не отстает Бата Ошор.

– Оно волшебное, – сказал Жабаадай, намазал себе нос целебным зельем и обернулся невидимкой.

Окликнул его Бата Ошор раз, окликнул другой. “Я тут, рядом с тобой”, – отвечает Жабаадай.

Так и отправились они в путь: Бата Ошор, а рядом – невидимый черт Жабаадай.

Долго ли, коротко ли, доехали до развилки трех дорог и увидали на придорожном камне такие слова: “Налево поедешь – коня потеряешь и сам погибнешь. Прямо поедешь – останешься живым, но безлошадным. Поедешь направо – быть коню без седока”. Бата Ошор говорит Жабаа-даю:

– Пока ты невидим, скачи по первой дороге и разузнай все. А я пока чай заварю.

Не успела вода закипеть, как Жабаадай обратно скачет.

– Что ты видел, что узнал? – спрашивает Бата Ошор.

– Видел я юрту, в которой живет злая старуха-толстуха. Но ты не бойся эту ведьму, я всегда рядом буду.

Поехали Бата Ошор с Жабаадаем по той дороге. Подъехали к одинокой юрте и остановились. Видят: вокруг человеческие черепа валяются. Заходит Бата Ошор в юрту и спрашивает у старухи-толстухи:

– Позволь, бабушка, ночь переночевать.

– Это можно, – отвечает старуха. – Но ответь мне, молодец: далеко ли путь держишь?

Рассказал ей Бата Ошор про свою нужду, про коня волшебного вороного. Тем временем старуха накормила, напоила Бата Ошора, постель постелила. Сама отправилась в другой угол, на свою кровать улеглась. А Бата Ошор все думает и думает: “Откуда человеческим черепам на старухином дворе взяться?”

– Глаз с нее не спускай, – наказал он Жабаадаю, лег в постель, а сон не идет.

Посреди ночи зашумело-загремело. Вошли в юрту пять парней, пять старухиных сыновей. Обрадовалась старуха их приходу:

– Как вам промышлялось, сыночки мои? Как вам воровалось? Что сегодня добыли? Если вы голодны, то я вам угощенье приготовила. Гляньте: какой молодец спит-почивает, о своей погибели не знает.

– Не голодны мы, – отвечают сыновья. – Со своей добычей приехали: ханскую дочь во дворе привязали, а двумя ее сановниками закусили по дороге.

– Раз так, – рассмеялась старуха-толстуха, – то мое угощение на завтра оставим, пусть поспит.

Улеглись сыновья спать, угомонилась старуха-толстуха. Тогда Бата Ошор говорит Жабаадаю:

– Возьми волшебную саблю, что висит на стене северной стороны, и отруби головы этим пяти шулмусам.

Подкрался Жабаадай к стене, снял волшебную саблю, снес головы шулмусам и накрыл убитых одеялами. Потом подошел к старухе, скрутил ее по рукам и ногам, к кровати привязал.

– Вставайте, сыновья мои! Выручайте вашу матушку! – стала звать старуха-толстуха.

– Спят твои сыновья, – говорит Бата Ошор.

Дернулась старуха, хотела взглянуть на своих сыновей, но ни рукой, ни ногой не пошевелить – путы мешают.

– Почему ты, злодейка, кормишь своих сыновей человечиной? – спрашивает Бата Ошор.

– Мы, шулмусы, испокон веков на людей охотимся, – отвечает старуха-толстуха.

– Кончилась ваша охота! – сказал Бата Ошор, забрал волшебную саблю и вышел во двор, оставив старуху на верную погибель. Глядит: а к коновязи девушка-красавица крепко-накрепко ремнями прикручена.

– Кто ты такая? – спрашивает Бата Ошор.

– Я ханская дочь, – отвечает девушка сквозь слезы. – Пошла я прогуляться в сопровождении двух сановников. Но тут напали на нас пятеро шулмусов, и вот я здесь, а от сановников моих только косточки остались.

– Нет больше шулмусов в живых, а значит, и бояться тебе некого, – говорит Бата Ошор. – Я сам провожу тебя домой. – Распутал он крепкие путы, развязал тугие узлы, освободил девушку. А потом кликнул Жабаадая, и поскакали они втроем дальше.

Когда впереди показался великолепный дворец со множеством людей в траурных одеждах, девушка сказала Бата Ошору:

– Не иначе как справляют по мне поминки. Ведь с тех пор как я исчезла, прошло пять дней. Сходи, предупреди моих родителей. Скажи им о моем избавлении, только осторожно, а то не перенесут они нежданной радости. Я же пока здесь побуду.

Зашел Бата Ошор во дворец, чинно поздоровался со всеми. Печальные хан с ханшей учтиво встретили гостя, под руки взяли, за стол усадили.

– По какому случаю в вашем доме совершают молитву набожные ламы? – спрашивает Бата Ошор.

– Была у нас единственная дочь-дангина, – отвечает хан. – Отпустили мы ее погулять вместе с двумя сановниками. И с тех пор их нет, как в воду канули. Мы не знаем, куда делась наша дочь, но думаем, что случилось самое худшее, поэтому и пригласили почтенных лам на поминальную молитву. – После этих слов хан опустил голову в большой печали, а ханша зарыдала.

– Батюшка хан, матушка ханша, – обратился к хозяевам Бата Ошор, – не надо так убиваться, я найду вашу дочь.

Хан и ханша руками замахали.

– Что ты, что ты! – говорят. – И ее не найдешь, и сам голову сложишь.

– А я говорю, что верну вам дочь! – стоит на своем Бата Ошор. – Только не падайте от радости в обморок.

Через малое время вернулся Бата Ошор во дворец вместе с дангиной. Хан с ханшей, не помня себя от радости, стали свою дочку обнимать-целовать. Бросили ламы читать поминальную молитву по живому человеку, удалились незаметно.

В награду за спасение дочери хан подарил Бата Ошору чудесного гнедого коня. Отправились Бата Ошор и Жабаадай дальше. Ехали, ехали и наконец приехали во владения Шаазгай хана. Бата Ошор отправил Жабаадая разузнать, где находится волшебный вороной конь.

Не мешкая, отправился Жабаадай на подворье Шаазгай хана. Через малое время возвратился обратно и говорит:

– Волшебный вороной конь заперт в чугунном амбаре, огороженном каменной стеной. Трудно будет до него добраться.

– Не труднее, чем шулмусов победить, – сказал Бата Ошор.

Вспомнил он о волшебной старухиной сабле, взмахнул ею раз – все замки, все запоры с чугунных ворот слетели, взмахнул другой раз – ворота сами отворились. Вывел Бата Ошор из чугунного амбара волшебного вороного коня, сел на него, Жабаадай сел на гнедого, и поскакали они обратно.

Долго ли, коротко ли, приехали в родные края. Бата Ошор отправил невидимого Жабаадая к отцу да к мачехе с наказом: “Сходи, разузнай, что говорят обо мне”. Пришел Жабаадай во дворец и слышит разговор хана с ханшей:

– К приезду нашего сына выкопаем яму глубиной в девяносто саженей. Накроем ее красивым ковром. Приготовим побольше арзы и хорзо. Поставим угощение на золотой столик. Усадим за него сына, как самого дорогого гостя. Будем яствами кормить, винами поить. А когда он опьянеет, возьмем под руки и под сладкие речи поведем по ковру. Тут наш дорогой гость и провалится в девяностосаженную яму.

Вернулся Жабаадай и рассказал услышанное Бата Ошору. Опечалился Бата Ошор, а Жабаадай ему говорит:

– Не вешай головы, я рядом с тобой буду. Когда ты приведешь волшебного вороного коня, который может по небу летать, под землей скакать, то отец с мачехой очень обрадуются, усадят тебя за золотой столик. Ударят в северный барабан – соберут подданных северной стороны, ударят в южный барабан – соберут подданных со всего юга. Будут угощать тебя арзой и хорзо. Ты притворись пьяным посреди пира. Тогда поведут они тебя по ковру, уговаривая поспать. Тут ты и провалишься в девяностосаженную яму. Но не зови меня на помощь, а крикни лишь: “Выпив вина, опьянел молодец; закурив табак, ослаб вконец!” И я тебя вызволю из ямы.

Явился Бата Ошор к отцу и мачехе вместе с Жабаадаем, невидимым для глаза. Хан с ханшей рады-радешеньки:

– Сыночек привел нам волшебного коня, который может по небу летать, под землей скакать!

Усадили они Бата Ошора за золотой столик. Самых знатных сановников к застолью пригласили. Мясо десяти коров подали, много арзы, еще больше хорзо выставили. Кормят, поят Бата Ошора. А молодец наш, притворившись пьяным, говорит:

– Дорогие мои, золотые мои, устал я с дороги, притомился. Отведите меня в опочивальню, отдохнуть хочу.

Взяли два сановника Бата Ошора под руки и повели по красивому ковру в приготовленную западню. Ступил Бата Ошор раз, ступил другой и провалился в девяностосаженную яму, успев крикнуть: “Выпив вина, опьянел молодец; закурив табак, ослаб вконец!” Услышал эти слова Жабаадай и вызволил Бата Ошора из ямы.

Тут Бата Ошор и обратился к народу со словами:

– Слушай меня, народ честной! Рассудите нас, люди добрые! Выгнали меня из дому отец с мачехой, едва мне шестнадцать лет стукнуло. Велели достать им волшебного вороного коня Шаазгай хана. Не раз я был на краю гибели, смерти в глаза смотрел, но на двадцать втором году жизни выполнил родительский наказ – добыл волшебного коня. А отец с мачехой не посчитались с моим трудом и моей доблестью. Вырыли яму глубиной в девяносто саженей и хотели меня погубить, чтобы косточки мои белые сгнили в бездне. Горько мне и страшно за таких родителей. Люди добрые, скажите, что мне делать с ними?

Зашумел народ, заволновался. Отвечают люди:

– Мачеху твою за такое коварство следует казнить, привязав к хвостам девяноста коней.

– Наш хан-батюшка, – подал голос седовласый старик, – раньше заботился о нас. Когда же взял вторую жену, совсем крутым стал. Поэтому мы думаем, что в этом виновата новая ханша.

Еще пуще прежнего зашумели люди, а потом решили:

– Бата Ошору вместо отца ханом быть, а мачехе у него в служанках ходить.

После этого Бата Ошор обратился к народу:

– Скажите мне, люди добрые, может ли черт стать человеком?

Тогда подошел к нему все тот же седовласый старик и говорит:

– Слышал я в молодости от бывалых людей: если черта побороть и обмазать его ступню своей кровью из безымянного пальца, то любой черт человеком становится.

Тогда окликнул Бата Ошор невидимого Жабаадая, и стали они бороться.

Удивляется народ: “С кем это наш новый хан сражается? Не со своею ли тенью?”

А Бата Ошор тем временем обмазал ступню Жабаадая кровью из безымянного пальца. Тотчас же принял Жабаадай человеческий облик и встал рядом со своим другом.

Сел Бата Ошор на ханский трон, а Жабаадай его правой рукой стал, первым советником.

Зажили они счастливо и в довольстве, радуя свой народ.



Бата Ошор